СТАНКЕВИЧ Зигмунд Антонович
д. юр. н., директор Института национальной стратегии реформ

Приглашение к дискуссии
  
   Журнал «Национальные интересы» как издание, ориентированное по преимуществу на просвещенного, вдумчивого читателя — приверженца умеренного, национально ориентированного русского консерватизма, в прошлые годы неоднократно обращался к теме т.н. национальной идеи, поисками которой весь послесоветский период с большей или меньшей интенсивностью занимались ведущие идеологи российской власти и оппозиции. К сожалению, эти разрозненные, бессистемные публикации (как, впрочем, и основная масса того, что появилось в других печатных СМИ) не сумели привлечь к себе сколь-нибудь заметное общественное внимание, не говоря уже о том, чтобы стать событиями нашей научной либо политической жизни.
   Между тем задача выработки цельной, а главное — внятной, то есть понятной и приемлемой большинству населения, соответствующей его основным морально-этическим и психологическим установкам национальной идеологии (а не мифической «национальной идеи», явно позаимствованной из чужестранного пропагандистского арсенала), остается в высшей мере актуальной как для правящих кругов, стремящихся в преддверии 2008 года еще больше укрепить свое политическое и экономическое господство над Россией, так и — в неменьшей степени! — для претендующей на власть российской оппозиции всех мастей и оттенков, которая, увы, до сих пор не сумела представить народу привлекательный для «среднего» гражданина образ будущего жизнеустройства его страны. Образ, достаточно реалистично и полно учитывающий не только те необратимые изменения, которые уже произошли в Российской Федерации, ее экономической, общественной и политической жизни, но и фактор небывалого внешнего воздействия на внутрироссийские дела, связанный как с фундаментальной перестройкой миропорядка после самоликвидации СССР, так и с принципиально новыми тенденциями евроазиатского и мирового развития, с особой силой проявившимися после террористической атаки на США 11 сентября 2001 года. А теперь, скорее всего, и после «войны предместий» во Франции и других ведущих странах ЕС в октябре–ноябре 2005-го...
   Но как практически подойти к решению крайне непростой задачи разработки новой национальной идеологии для России XXI века? Для этого придется совместно ответить не на один десяток сложнейших, принципиальных для всех нас вопросов. Например, что такое национальная идеология сегодня и какой она может/должна быть для современной России: новым, «модифицированным» изданием Программы КПСС («Единой России» или любой иной правящей партии) вкупе с «обновленным» Моральным кодексом строителя коммунизма (капитализма) или неким сводом неписаных, но общеизвестных и общепринятых норм и правил жизни в стране под названием «Россия», которыми постоянно руководствуется любой ее гражданин — будь то высокий государственный чиновник, предприниматель-миллионер, свободный художник или простой рабочий? Или: какое место в новой идеологии должны занимать традиционные национальные (русские, российские, советские) ценности, на которые по-прежнему ориентируется абсолютное большинство населения страны, а какое место в ней необходимо отвести ценностям, привнесенным извне (прежде всего из т.н. цивилизованного Запада), которым, как правило, привержено «продвинутое» меньшинство, состоящее по преимуществу из представителей своеобразной «внутренней эмиграции», главным рупором которой выступает популярная радиостанция «Эхо Москвы»?
   Подобных вопросов можно задать великое множество, и не только касающихся «формы» и «структуры» новой национальной идеологии, но также ее содержания, что в данном случае имеет центральное значение. Здесь и отношение к отечественной истории, где необходимо глубокое общенациональное согласие (признание принципа непрерывности российской истории, неизбежности и закономерности каждого из ее этапов, включая советский и послесоветский периоды, отказ от их примитивной, «черно-белой» оценки и т.д.), и отношение к основному государствообразующему народу — русским, без защищенности, материального и духовного благополучия которых нельзя гарантировать ни надежной национальной безопасности России, ни поступательного развития страны, ни хорошего «самочувствия» представителей других наций и народностей, населяющих огромную евразийскую территорию, и отношение к государственной власти (прежде всего к действующему политическому режиму и его ведущим представителям), которое в России почти всегда колебалось в диапазоне от слепой любви до лютой ненависти.
   Отдельная группа вопросов касается адекватного восприятия и понимания гражданами России ее места и роли в современном мире, долгосрочных (стратегических) внешнеполитических целей и задач государства, его практических шагов по реализации и защите национальных интересов. Прежде всего в т.н. ближнем зарубежье (бывших союзных республиках СССР), где отстаивание российских интересов неразрывно связано с поддержкой крупных национальных (русских, русскоязычных) диаспор и практическим решением целого комплекса сложнейших проблем, доставшихся в наследство со времен «мирного сосуществования» в рамках одного государства.
   Что касается внешнеполитической сферы, то немалое значение здесь, как представляется, могла бы иметь постепенная переориентация массового общественного сознания со старой, привычно-советской системы координат «друг — враг» на более сложную для восприятия, но и более соответствующую реальностям современного мира систему «друг — союзник — партнер — конкурент — противник — враг». Большой смысл (как в политическом, так и в морально-психологическом плане) имело бы также серьезное усиление гуманитарной составляющей российской внешней политики, понимая под этим, в первую очередь, более целенаправленную, решительную и эффективную защиту своих граждан за пределами страны, в самом широком «спектре» приемов и с использованием всей мощи государства (начиная с «тотальной» невыдачи граждан РФ иностранному или международному правосудию и вплоть до проведения спецопераций по вызволению своих людей, по тем или иным причинам насильственно удерживаемых на чужой территории). Это именно тот случай, когда не только можно, но и нужно активно использовать чужой опыт — как на уровне правительств США, Израиля, Франции и других т.н. цивилизованных стран, так и на уровне американских морских пехотинцев, израильских коммандос и французских парашютистов.
   Однако совсем не исключено, что серьезный разговор о новой национальной идеологии России следует начать с вопросов культуры, как это предлагает сделать известный русский писатель и публицист, главный редактор газеты Союза писателей России «Российский писатель» Николай Дорошенко, который в своей опубликованной выше небольшой по объему, но весьма емкой по содержанию статье «Культура и национальная безопасность» поднимает целый ряд крайне актуальных (с точки зрения процессов, происходящих сегодня как в России, так и в Европе) проблем физического и духовного выживания коренных наций. Конечно, не все в этой, в целом новаторской статье бесспорно. Можно было бы, например, подвергнуть сомнению негативно-безаппеляционную оценку, данную автором современному информационному обществу. Или поспорить с ним относительно цензуры как «главного инструмента демократии, свободы и сохранения животворной культурной среды». Но главная задача данной заметки все-таки не в этом.
   Итак, я приглашаю постоянных авторов нашего журнала, а также всех тех его читателей, которые пожелают высказаться по этим жгучим проблемам, принять участие в дискуссии, которую мы открываем обсуждением статьи Н.И. Дорошенко.